Четверг, 19.10.2017, 12:01


Главная
Регистрация
Вход
Вольф энд Спайс - Волчица и Пряности, аниме и манга Приветствую Вас Шпион | RSS  
Меню сайта

Случайная картинка

Картинки из любимого аниме


Аниме по жанрам

У нас есть аниме этих жанров:

боевик

боевые искусства

вампиры

гарем

гендерная интрига

героическое фэнтези

детектив

драма

игра

мистика

научная фантастика

повседневность

приключения

романтика

сверхъестественное

трагедия

триллер

ужасы

фантастика

фэнтези

школа

Надеимся, что вы нашли аниме требуемого жанра

Кто с нами

Наша кнопка
Вольф энд спайс, лучшее аниме разных жанров, Фанфики, картинки, Волчица и пряности

Главная » Статьи » Фэндом Наруто » Тен-Тен и Канкуро

Гармония
В прохладном, как после дождя, воздухе висела неловкая тишина, и лишь кроны деревьев шумели то громче, то тише, а то и вовсе замолкали.
Молчащие деревья – это лучше, чем немая напряженность, которая буквально окутала три квартала Конохи, лучше, чем пугающая безмолвность, провозглашающая крушение надежд, затухание чувств….
Двое молодых людей сидели на скамье, и оба смотрели в разные стороны, да и думали о разных вещах.
«Ну оживись же ты, Божий раб, ну пожалуйста», - внутренний голос девушки умолял рядом сидящего, но, к сожалению, или к счастью, тот не слышал. Конечно, он ведь не читает ее мыслей, хотя кто-то слишком слащавым тоном доказывал, что влюбленный мужчина должен уметь их угадывать.
«Обманщики. Или это вовсе не влюбленность», - с горечью отметила девушка, глядя, как землистая дорожка узкой лентой убегает вдаль. Обрамляющие ее фонарики мигали тускловатым желтым светом, будто говорили: «Перестаньте молчать, скажите что-нибудь», и им вторил шелест листьев.
Но двое молодых людей сидели все так же тихо. Казалось, они даже не дышали, и это был некий занимательный поединок на стойкость, на проверку чувств, на слабость.
- Сакура, нам даже поговорить уже не о чем, - со скрытой претензией в голосе заметил мужчина, - Что будет дальше? Я не могу тебя поймать, потому что ты все время пропадаешь либо в больнице, либо на миссиях. Если мы разговариваем, то мы разговариваем опять-таки, либо о больнице, либо о миссиях. Время идет. Я взрослый мужчина и я хочу стабильности.
Девушка лишь промолчала, понимающе кивая головой.
«Давай по порядку. Ты мужчина. Ты хочешь стабильности. А если говорить прямо, то ты просто хочешь стабильно получать секс и ужин, чтобы я при этом сидела и заглядывала тебе в рот». И вдогонку говорил другой голос: «Дура, что за чушь ты несешь?»
- Значит, надо что-то делать, - флегматично сказала Сакура, уперевшись руками в деревяшку.
Мужчина тяжело нагнулся к широко расставленным ногам и перекинул сенбон из одного уголка рта в другой.
- Я, конечно, понимаю, что не могу настаивать и, более того, ставить тебе перед каким-то выбором, но не могла бы ты поуменьшить свое рвение к подобным вещам?
«Что и требовалось доказать, Сакура. Отличный ход. Просто шах и мат».
И в это же время появилась совершенно другая по своему содержанию мысль: «Но, может, и вправду, он заботится обо мне, он ведь любит меня, и если он хочет серьезных отношений, значит, я ему дорога. Разве нет?»
- Я очень устала… - в оправдание томно протянула девушка, - И в который раз уже у меня завтра серьезная миссия – едем в Суну. У Страны Ветра и Страны Молнии конфликт какой-то территориальный, вот их скрытые деревни его и разруливают. Замкнутый круг какой-то, – она тяжело поднялась со скамьи, встала перед мужчиной, вытащила его сенбон изо рта. – Генма, ты прости меня, правда, я уже и сама замоталась.
Улыбка получилась с горьким привкусом, а Ширануи смотрел на Сакуру с уже заметно утихшим недовольством, хотя глаза его с хитрым прищуром еще выдавали обиду.
- Я, правда, тебя очень люблю, - девушка тонкими белыми руками обвила его шею и крепко прижалась к нему, шепча теперь ему на ухо еле слышные, горячие и щекочущие слова. – Правда-правда. Я просто устала.
Генма почувствовал, как дрожь пробирает Сакуру, и первым делом, выбравшись из любовного плена, он снял с себя куртку и заботливо накинул девушке на плечи.
- Пойдем уже, моя дурочка. Тебе завтра рано вставать же.

***
Повозки с конной тягой медленно и очень тяжко катились по пыльной дороге с бесчисленным количеством камней. Слышалось ржание, удары хлыста, вновь ржание. Мерно поскрипывали колеса, и под ними густыми серыми облаками вздымалась пыль.
Тентен мягко сидела около одного из четырех окошек и в такт скрипу колес постукивала пальцами по оконной раме. Как же не нравилось ей ехать на этой развалине! Шиноби Конохи спокойно могли добраться и без подобных транспортных средств, своими ногами. Но Цунаде пожелала, чтобы все было выдержано в официальном тоне. Мол, мы настоящие миротворцы, едем мы мирно, чтобы мирным путем разрешить возникшую проблему, ну и, конечно, мирно убить неповиновавшихся.
Отряд конохских миротворцев только на словах «спешил на подмогу сторонам» (слишком вяло кони тащили повозки). Или извозчики настолько ленивы, что не хотят лишний раз поднимать руку, чтобы ударить лошадь. Или они слишком любят животных, хотя эта версия больше похожа на небылицу.
Тентен надоело барабанить пальцами. Она вздохнула и в величайшем ожидании подперла подбородок рукой. Все-таки идея мирного посещения с треском провалилась, до Суны рукой подать, а этот путь кажется нескончаемым.
С таким же изнеможенным выражением лица сидели и спутницы девушки. Розовласая куноичи, уперевшись обеими руками, безуспешно пыталась развлечь себя рассматриванием пола, Хината, все время ерзая на сидении, вообще смотрела куда-то в потолок. Лишь Ино, склонив голову вбок, к опоре, дремала.
«Что за цирк», - хотела возмутиться Тентен, но увидела песчаные здания и заликовала. Наконец-то, сейчас она выйдет из этой развалюхи и разомнет затекшее тело. Пожалуй, тренировка так не изматывает, как бесконечное ожидание. О божественные силы, неужели это безрадостное, тягучее, как смола, время закончилось?

***
Встретились путники только у резиденции Казекаге: переглянулись, обнаружили, что у каждого из них на руке голубая повязка с иероглифами «мир» и «творец». Слитно - «миротворец». Черт побери, какое романтичное обрамление сущности шиноби!
Прямо у входа в резиденцию стоял Гаара. Он лишь поблагодарил Коноху за то, что она послала защищать священные пески самых доблестных своих сыновей и дочерей. Единственное, чего он не объяснил - это смысл защиты. Ни один из шиноби Конохи не поверил бы, что у Суны нет собственных сил для контроля за военными силами.
«Господи, как же я хочу спать», - пронеслось в голове у Тентен. Она без интереса просматривала всех присутствующих, которых видела почти каждый день. Да и вообще, сейчас ей была абсолютно безразлична судьба Суны, Кумо, их конфликта. «Так пропадите же вы пропадом с вашей обгоревшей тетрадкой и сушеной розой», - невольно вспомнились слова классика.
Речь Казекаге воспринимались как-то урывками, отчего ее суть туго доходила.
Стараясь занять себя хоть чем-то, куноичи посмотрела на Неджи: он умными, преисполненными спокойствием молочными глазами внимал каждому слову Гаары. Тентен на миг даже позавидовала его выдержке. Она перевела свой взор на Наруто: он поник, как желтый осиновый лист, и думал о чем-то своем. Предположительно, он до сих пор был расстроен провалившейся попыткой переубедить Саске. Девушка мысленно посочувствовала блондину, но не стала на этом зацикливаться и мельком глянула на Канкуро. Он стоял чуть поодаль от Казекаге; его лицо как обычно было раскрашено фиолетовой церемониальной краской Кабуки.
Шиноби, моментально среагировав, ответил девушке тем же. Их взгляды на мгновенье пересеклись, продержавшись всего секунду. Тентен почему-то стало стыдно, и она быстро спрятала глаза, а он лишь криво улыбнулся.
«Стремный, - облегченно выдохнула девушка, - наверное, еще и самоуверен до ужаса».
«Странная, - насмешливо сказал себе Канкуро, - точно не от мира сего".

***
Как и положено, принимающая сторона обеспечила миротворцев жильем, пропитанием, больницей. В принципе, последнее было лишнее: Сакура, Ино и другие ниндзя-медики Конохи неплохо справлялись со своими обязанностями, да и раненых за четыре дня пребывания миротворческих отрядов было совсем немного.
Некоторые конохские парни также развлекались в обществе симпатичных сунчанок, тем же им платили и конохские девушки, убегавшие на свидание с парнями Суны. Эта миссия была мало похожа на миссию ранга «А» и напоминала больше отдых на курорте. Веселье наполняло атмосферу: повсюду были слышны раскатистый и беззаботный девичий смех, сперва гогочущие, затем по-пошлому притихающие мужские голоса. Сегодня все заведения Суны были открыты для гостей.
Похоже, лишь две девушки избегали чрезмерного празднества. Сегодня вечером они предпочли остаться в гостинице, расположенной недалеко от границы (как и все миротворческие пункты) и предаться вдохновленной беседе о смысле жизни, об усталости, о мужчинах, в конце концов, о том, как собираются провести остаток своего существования на бренной Земле.
Темная комнатка с двумя параллельно расположенными кроватями примыкали прямо к огромному окну с жалюзи, сквозь щелки которого можно было увидеть огни ночной Суны. Этот вид захватывал: в безжизненные днем песочные башенки деревни этот желтый ночной свет вдыхал неимоверную красоту.
Сакура отпустила раздвинутые пальцами лоскуты жалюзи и сняла колено с подоконника.
- В общем, не знаю я, - бросила она, - с другой стороны, мне тоже хочется наслаждаться жизнью без миссий. Порядка хочется в жизни: детей, любящего мужа. А остальное приложится, не так?
- Знаешь, в последнее время я тоже чувствую некую усталость, - Тентен сомкнула пальцы под подбородком и уставила локти в колени. – Которую даже объяснить не могу.
- Мужчину тебе надо, - тоном опытного психолога сказала Сакура, - нормального мужчину. С которым было бы легко, который разделил бы с тобой все трудности.
- Я привыкла сама, на собственных плечах выносить тяготы, - отрезала кареглазая куноичи, выделяя слово «сама», - и в данный момент мне абсолютно наплевать на какие бы то ни было отношения. Меня заботят другие ценности. Я хочу прожить свою жизнь интересно. Мужчина будет стеснять мою свободу, а мне нужно еще научиться многому.
- Например?
- Наприме-е-е-р…. – задумчиво произнесла Тентен. - Я не умею играть в шахматы. И я хочу научиться играть в них так, чтобы быть достойным соперником Шикамару. Или научиться писать левой рукой. Или выучить пять языков, чтобы понимать тех, кого не понимает никто из моего окружения.
- Ну дааааа, - махнула рукой Сакура, - особенно умение писать левой рукой тебе сильно пригодится в жизни.
- Может и не пригодится. Просто само осознание, что ты умеешь делать что-то необычное, чего не умеет делать никто, определенно возвышает тебя.
- На вкус и цвет….
- Вот именно, на вкус и цвет, - закончила Тентен и улыбнулась уголками губ. Поперек горла встал горький ком, а в душе затаилась обида. И обида не именно на Харуно, а просто за то, что окружающие не понимают ее рвения. Они стали настолько предсказуемыми, обыденными, что становилось тошно.

***
Рано утром отряд шиноби из Конохи разделился на две команды и двинулся на границу Страны Ветра и Страны Молнии.
Белое пустынное солнце спускало острые, словно клинок катаны, лучи. Оно не было таким же приветливым, как в Конохе. В родной деревне и птицы пели звонче, и молодая зелень обрамляла ЖИВЫЕ деревья, и пахло там по-другому, свежо и легко. Там всегда пахло летом.
- Честно говоря, для меня это самая бессмысленная миссия, - сетовал Ли, - мы не делаем ровным счетом ничего. Кто может объяснить, в чем польза ходить вокруг да около и следить за тем, чтобы не напали? Если Кумо решит атаковать, если Райкаге последует поставленной цели, он нападет, и никакие так называемые миротворческие силы не смогут спасти хрупкие мирные отношения!
- Верно мыслишь, толстобровик, - хмыкнул Наруто, - твои слова да Пятой в уши.
- Да не кисните вы, парни, - озорно улыбнулась Ино и неожиданно повисла на двух идущих рядом Ли и Наруто, - зато как весело мы вечера проводим. В веселый час и смерть не страшна.
- В Конохе тоже неплохо, знаешь ли, - отстаивая честь родной деревни, Ли оскорбленно отвернулся, - В гостях хорошо, а дома лучше.
- А по мне, так почти одно и то же, - Тентен тоже внесла свою лепту в разговор, - главное, чтобы имелась площадка для тренировки, время и упорство. Делу время, потехе час. – Подмигнула она, продолжая глупое, но веселое состязание на метафоричность японского языка, а про себя подумала: «Дурдом».
- Вам бы не помешало помнить, что слово - серебро, молчание - золото, - едко подметил Шино, - поэтому давайте оглядимся и продолжим заниматься своим делом.
Наруто скорчил смешную гримасу, передразнивая Абураме, и шиноби захихикали, но повиновались, перестали разговаривать коллективно. Теперь они разбились по интересам и активно обсуждали волнующие их вещи.
Правда, обсуждение было недолгим – возникла необходимость проверить границу хотя бы пару раз.
- Тише, - настороженно произнес Неджи, призывая спутников к тишине поднятым указательным пальцем, - бьякуган!
В черно-белом полотне, очертившем окружающий мир, мелькали лишь торчащие из песка скалы. Ветер, парящий над землей, пронесся голубой дымкой. Где-то вдалеке четыре раза прокаркала ворона. И больше ничего.
Но что-то прорвало негатив додзюцу: показались чьи-то мелькающие фигуры.
- Сюда кто-то направляется. – Хладнокровно сказал молодой Хьюга, занимая удобную для защиты позицию. – Их трое. Они уже приближаются к нам, поэтому будьте осторожны.
Один миг, и, разрезая воздух, в сторону четверых шиноби Конохи полетели кунаи. Хьюга ловко увернулся, использовав абсолютную защиту, Наруто и Ли молниеносно исчезли и появились в другом месте. Перед коноховцами возникли противники из Облака, но, увидев повязки с иероглифом «миротворец», остановились и с недоумением поглядели на них.
- Миротворцы? – удивленно произнес один из противников с залысиной, подходя ближе к возможным врагам. Он внимательно посмотрел на повязки - убедиться, что не обманулся - и разочарованно добавил. - Значит, Суна, в самом деле, решила разрешить проблему таким образом.
- Это самый верный способ не дать развиться войне. – в оправдание сказал Ли.
- Самый глупый, - поправил незнакомец, - нет ничего глупее, чем миротворцы в мире шиноби.
- Хинто-сенсей, - по-мужлански грубым произнесла девушка с длинными-длинными темно-зелеными волосами, заплетенными в косу. – Мы что, уходим?
- А что на это скажет Райкаге? – парень примерно такого же возраста, что и куноичи, только высокий и с красной повязкой на голове, подошел к наставнику и резко схватил его выше локтя, угрожающе язвительно проговорив, - Вы не боитесь, что он будет очень недоволен своеволием?
- Нашел чем напугать брата Райкаге, племянничек, - холодно ответил мужчина, присев на корточки, - Все, уходим! Нужно зайти в штаб и сообщить о таких делах! – заметив нежелание подчиняться, он произнес жестче, - Саюри, Рэйден, я сказал, что уходим!
В одно мгновение ниндзя Облака и след простыл.
- Как глупо, - согласился Ли со словами исчезнувшего шиноби, - как глупо применять подобные методы.
- Да ладно. Это их проблемы, они сами разберутся. – Ободряюще сказала Тентен, - мы всего лишь выполняем миссию, которую нам поручила Цунаде-сама. – и прибавила противоречиво, - Бессмысленную и беспощадную.

***
После этого дни потекли еще более скучно и однообразно. Самым ярким впечатлением у коноховцев от пребывания здесь были посиделки по вечерам, выпитое сакэ, любовные приключения. За несколько дней граница так и не была нарушена вражескими ниндзя (за исключением остановленных шиноби Облака, которые сразу же ушли, да мелких воришек, прятавшихся от собственных спецслужб типа АНБУ).
- Мне надоело выполнять однообразную работу, - мрачно сказал Наруто, очередной раз минуя расщелину в скале (он уже успел изучить ее).
- Хватит ныть, - надменно обрубил его Неджи, - ты шиноби или кто?
- Или кто! – рассердился Узумаки. – Вот именно, я шиноби! И я не собираюсь выполнять тупые задания!
- Угомонись. Мы только и делаем, что обсуждаем бесполезность миссии. Пора бы и…. Ну-ка подожди.
- Неджи…
- Тихо!
В который раз Неджи, не предавшись веселью, царившему в отряде, замечал незаметное. Сейчас молодого Хьюгу насторожила эта внезапная тишина. Шорохи и звуки природы пропали вместе с ветром, и пустыня буквально замерла. Предупреждающе каркнула ворона, рассекая бледно-голубое небо. Резкое ощущение духоты усилилось состоянием неосознанной тревоги.
На горизонте появилось маленькое облако, которое быстро росло и превращалось в черно-багровую тучу.

***
В это время, крепко прижимая к груди матовую папку, к Гааре быстро поднималась тоненькая девушка в белом халате. Ее низкие каблучки слегка постукивали по каменным ступеням, и негромкое эхо обозначало высоту, на которую она забралась.
- Гаара-сама, - с порозовевшим от бега лицом девушка ворвалась в кабинет Казекаге, испуганно оглянулась и заметила сидящих у стола его брата и сестру. Они непонимающе взглянули на нее, должно быть, они не привыкли, чтобы к ним так неучтиво, без стука врывались и прерывали их беседу.
- У меня срочные новости, - девушка выпрямилась и продолжила строгим тоном, чтобы не казаться в глазах семьи Сабаку невежливой. – Отдел метеорологов послал меня сообщить вам о надвигающемся погодном бедствии.
- Что, где, когда, - выделяя каждое слово, бесстрастно спросил Гаара, но в его голосе почувствовались нотки усталости.
- Песчаная буря, Казекаге-сама. Она надвигается с востока и затронет, предположительно, юго-восточную часть Суны. Отдел рекомендует произвести эвакуацию из смежных районов, потому что сила стихии, возможно, достигнет немалых размеров.
Всего через несколько минут в кабинете Казекаге были собраны руководители всех чрезвычайных служб, которым было приказано эвакуировать людей из зон риска.
- Ммм… Только этого не хватало. – схватилась за голову Темари. - Подожди…. – вдруг вспомнила она, - а как же наши союзники из Конохи? Они ведь сейчас на границе, буквально в нескольких шагах от бедствия!
- Они сами должны справиться, они все-таки шиноби, - безразлично сказал Гаара, скрестив пальцы под подбородком.
- Преодолеть эту непогоду не могут ниндзя Песка! – закричала куноичи, рассердившись на брата за его равнодушие, - ты хочешь, чтобы их преодолели шиноби из Деревни, где из всех бедствий может максимум пойти дождь? Ничего, что они здесь по нашей просьбе?!
- Солидарен, - обессилено опустив голову на грудь, Канкуро поднял голосующую руку, - нам следовало быть более гостеприимными. Более того, не будь забывчив, среди коноховцев наш будущий зять!
- Заткнись, - прошипела Темари.
- Я не буду с вами спорить, - отрешенно ответил Казекаге, - делайте, что хотите. Людей я уже распустил. Отрядов два, поэтому ступайте сами, а я пока разберусь с бумагами.

***
- Что это? – негодуя закричал Киба. – Какого хрена?!
Черно-багровое облако, пожирая лежащий на своем пути песок, становилось все ближе и ближе.
- Нужно укрыться как можно скорее, - сказал Шино, выпуская насекомых, - мои жуки быстро найдут укромное место.
Пока шиноби Листа искали себе убежище на время бедствия, буря становилась опасно близкой. Уже чувствовалось ее прохладное режущее дыхание. Она непомерной силой поднимала золотистый песок высоко в небо, а он покорно струился в лучах цианистого солнца.
- Все сюда! – услышала Тентен командный голос Абураме, и только подалась вперед, чтобы прыгнуть, как огромная волна песка хлынула и отрезала ее от команды.
«Что же делать? Куда бежать?» - мир Тентен в мгновение ока сузился лишь до одной вещи – песчаной бури, которая вот-вот проглотит ее. Девушка не знала, куда деться, и в панике отступала. Мелкий песок настойчиво лез в лицо, и куноичи прикрыла глаза рукавом, хотя это мало помогало.
Буря загнала ее, дрожащую от испуга и неожиданности, в угол. Тентен попятилась, но натолкнулась рукой на твердую поверхность скалы.
«Все, это конец», - не успела она подумать, как почувствовала внезапный толчок, и ее отбросило вбок, а затем и вовсе вниз. Девушка, будто во сне, ощутила, как ее и еще чье-то тело рассекает густой воздух, а талию крепко держат чужие руки.
Потом было падение, а дальше все, как в тумане.
Очнулась Тентен от тупой, ноющей боли в затылке. В глазах двоилось, будто в старом детском калейдоскопе отражались симметричные фигурки.
Рядом с ней на корточках сидел тот самый, по ее словам, «стремный» парень, которого она видела на первом сборе у резиденции Казекаге. Он внимательно, со знанием дела смотрел ей в лицо, держа у глаз ладонь с перебинтованным запястьем.
- Сколько пальцев видишь? – грубовато сказал он.
- Три, - застонала Тентен.
- Правильно. А сейчас?
Но шиноби и не собирался загнуть палец или выпрямить еще один, чтобы уменьшить или увеличить их количество.
- Три! – сквозь боль возмутилась шатенка, нахмурилась, и ее брови встретились на переносице.
- Блестяще! С тобой точно все в порядке!
«Кретин, - мысленно обозвала его Тентен, кончиками пальцев потирая ушибленное место, но вдруг ее озарило, - хотя я ему, считай, жизнью обязана, так что ему простительно столь наглое поведение».
Он ничего не говорил, только ходил взад-вперед, безразлично пиная попадающиеся под ноги камешки. В воздухе висело неловкое безмолвие, то, которое так ненавидела Тентен и которое каждый раз испытывала она в компании незнакомого человека. От этого девушка пребывала в оцепенении, размышляя, какой интонацией, а главное, ЧТО в данный момент СКАЗАТЬ спасшему ее шиноби.
- Скоро мы отсюда выберемся? – не придумала девушка ничего лучше.
Канкуро ухмыльнулся и резко обернулся.
- Не стоит благодарности, - с наигранным великодушием ответил он, заставив куноичи вспомнить, что она не сказала главного.
- Прости. Эм, ну… Верней, спасибо. – Замялась она, - так скоро или нет?
- Как только, так сразу. Никак не дождешься, чтобы убежать отсюда?
- Нет. Меня просто ждут дела. – Воспрянула Тентен. – А здесь их проблематично совершать.
- Дела? Какие дела?
- Хорошие.
- Ты любишь совершать хорошие дела? – задумчиво и одновременно игриво произнес Кукольник, - Это похвально. А насколько же они хороши?
С «добрых дел» и начался разговор, помогающий сократить время. Сейчас девушка лежала и болтала с Кукольником о всяких глупостях, о которых никогда не задумывалась. Ее отношение к нему балансировало на тонкой грани: периодами он раздражал ее грубыми выпадами, а иногда даже восхищал. Он что-то рассказывал – она заглядывала ему в рот, слушала с придыханием. Он платил ей тем же.
«Что-то в нем есть, - навострилась девушка, - определенно».
- Я так и думал, – с усмешкой сказал он, выслушав очередную порцию рассказов девушки.
- По поводу? – она недоуменно поглядела на него снизу. Он закинул руки за голову, устремляя насмешливый взгляд высоко в потолок пещеры, нарочно медлил с ответом.
Наконец, под взор двух внемлющих карих глаз он выдал.
- Ты не в себе.
Тентен аж замерла, и ее глаза округлились от удивления.
- Ты что себе позволяешь? – вспыхнула она. Уязвленное самолюбие встало раздирающим комом в горле. «Ну вот.… Нашла в нем собеседника, все было так хорошо, а он…. Он…. Посмеялся надо мной! Все испорчено!»
Канкуро был поражен, хотя такая реакция была ожидаема.
- Не нервничай. Я не сказал тебе ничего плохого. По-твоему, быть не в себе – это плохо? – уточнил он.
- От тебя вряд ли можно услышать что-то хорошее.
- Ну вот. Ты в первый раз разговариваешь со мной наедине, а уже бросаешь такие заявления. Аааа, да ты еще ребенок, как я погляжу. – Удивился шиноби. – В куколки не играешь?
Девушка лишь зло посмотрела на шиноби.
- А если играю?
Канкуро искренне рассмеялся.
- Тогда я тебе могу смастерить куколку, чтобы ты, перед тем как делать какие-нибудь громкие заявления, вспоминала, что ты еще неразумный ребенок, спрятавшийся во взрослом теле, – слащаво пропел Песочник, обходя вокруг куноичи.
- Обойдусь как-нибудь, - проговорила она и прислонила ладонь ко рту, чтобы шиноби не заметил всплывающую улыбку. Почему-то самой становилось смешно от странности разговора. – А ты, стало быть, самый, что ни есть, взрослый?
- Нет. Я просто разумный.
А вот это было уже не смешно и походило на издевку.
- Хочешь сказать, что неразумная тут я? – обиделась Тентен и, подтянув ноги к груди, обхватила их руками.
- Я не говорил, что ты неразумная. Просто у тебя разума, как у маленького ребенка.
- Спасибо и на этом, - закатила глаза девушка и скривила губы. – Кстати, мне кажется, что буря утихла.
- Не хочу тебя расстраивать, но буря может длиться от нескольких часов до нескольких дней, – довольно усмехнулся Канкуро и передразнил девушку, - и судя по размаху ветра, мы здесь просидим еще долго. Так что у нас еще все время впереди.
На лице Тентен изобразилось недоумение.
«Что угодно – только не это, - умоляла она высшие силы уберечь ее от подобной судьбы, - я попросту не выдержу его соседство. Почему я не успела примкнуть к команде?! Кстати, как они там? Живы, здоровы?»
- Слушай, - беспокойно сказала девушка, поднявшись на ноги, - могу ли я как-нибудь узнать, что с командой?
- С ними все в порядке. Они быстро сориентировались и надежно спрятались.
- А с нами?
- И с нами.
- А еда? – не унималась Тентен.
- Пищевые пилюли.
Девушка вспомнила, что с ребятами был достаточно хороший запас пилюль и воды, и беспокойство как рукой сняло. Оставалось теперь ждать, когда закончится времяпровождение с таким соседом, но оно обещало быть пролететь незаметно….

***
К счастью, или, может, к сожалению, буря закончилась быстрее, чем ожидала Тентен. В пещере витал дух противоречия: девушка сама не могла разобраться, нравится ей общество Кукольника, или все-таки нет. Канкуро тоже не особо определился со своей позицией, и ниндзя предпочли непринужденные милые беседы, где не было ни слова о личной жизни.
«Стремный» и «не от мира сего» встали на путь создания доброго приятельства. Неожиданно для обоих.
- Ну что могу сказать, - произнес вдруг Канкуро, спрыгивая с крутого выступа в скале, - буря действительно утихла, и мы можем подняться на землю.
Нет, все-таки для куноичи было намного приятней сидеть здесь, в пещерке, пусть и неласковой, с парнем-шутником, пусть и не знающим иногда границы своим шуткам. Мысль о возвращении наружу немилостиво отозвалась в сердце девушки, и она даже на минуту подумала, что просто хочет остаться наедине с шиноби.
Но все же это было бы неправильно с ее стороны, и лучше она сейчас пересилит себя и не подаст виду, что расстроена.
Но чертовски не хотелось наверх!
- Наконец-то, - улыбнулась девушка, заставив себя думать, что она очень довольна услышанным.
Когда они выбирались наружу, и Канкуро, попытавшись быть учтивым, подал ей руку, она лишь на выдохе произнесла свою коронное «Я сама» и ухватилась за первый попавшийся выступ, чем вызвала у него неподдельное удивление. Она сильная самостоятельная девушка-ниндзя, которая не позволит считать себя слабой никому, даже шиноби, при упоминании имени которого она незаметно вздрагивала и напрягалась.
Только не это. Только не мужчина. Он будет стеснять свободу действий.
Фу, да что за стереотипы у нее в голове!
Воссоединение отряда произошло быстро. Тентен обменялась с ребятами вопросами о самочувствии, и они, усталые, в липкой пыли, устремились к гостинице. Теперь девушку мучил один вопрос: «Почему между нами ничего не произошло?», и она мысленно успокаивала себя: «Все, что ни случается – все к лучшему».

***
Судьба забавлялась: сначала отдаляла до такого предела, что они уже переставали думать друг о друге, затем внезапно сталкивала их по какой-нибудь глупой причине. День за днем легкие смешки Тентен в кулачок, ухмылки Канкуро, иногда споры и беспричинные ссоры делали их на маленький шаг ближе друг к другу. Дружеские похлопывания по плечу были единственным шансом прикоснуться друг к другу, потому что на все остальное наложено табу «приятельства». Именно поэтому молодые люди били друг друга с таким усердием, что оставались синяки.
Как бы ни говорили о том, что «ниндзя должен подавлять свои эмоции», не всегда выходило. В конце концов, ниндзя ведь тоже люди и им свойственно попадать в ловушку чувств.

***
За окном темнело. В комнате Кукольника тихо побрякивали болтики, поскрипывало деревце, слышалась негромкая, но крепкая брань. Одним словом, здесь кипела работа. Любой человек, которого бы сюда привело любопытство, мог видеть, как Канкуро, нагнувшись, сидел за столом и опять что-то мастерил. Вернее, он заканчивал делать куклу, которую на досуге совершенствовал уже несколько дней.
Каждый вечер, глядя на нее, он недовольно кривился и снова принимался за работу. Его удивляло, почему еще вчера она казалась ему совершенством, а сейчас он видел малейшие недостатки: на шее слишком грубо, шершаво отделана поверхность, за коленом торчит потенциальная заноза, которая может войти в палец, между прочим, и другие режущие опытный глаз ляпы. Сегодня Песочник отказался от ужина, чтобы, наконец, доделать начатое.
По дереву уже тринадцатый вечер еле слышно проезжал ножичек, лезвие которого аккуратно скручивало стружки. Поддетые острием под самый корень, они, словно снежные хлопья, летели на черное одеяние Кукольника. На лице очередного творения шиноби появлялись черты, более близкие к человеческим, нежели вчера.
Кукла выглядела миловидно, но в глаза бросалась ее вечно падающая к шее челюсть, которая задвигалась, лишь если куклу перевернуть вверх ногами. Она была почти готова, но ею не пополнится коллекция Канкуро. Сегодня он отдаст ее тому, кому обещал ее подарить. Выловит девушку около гостиницы и отдаст ей куклу, добавив пару-тройку едких слов.
Она, хохоча, поблагодарит и обязательно скажет что-нибудь язвительное в ответ.
И они снова расстанутся хорошими друзьями.
О чем вы говорите? Какая к черту дружба? Взрослый парень не водит дружбу с девушками, они просто липнут на него, как пчелы на мед.
Бред какой-то.
Шиноби сделал заключительный штрих и довольно улыбнулся. Кукла была слишком маленькая, чтобы быть похожей на остальные деревянные произведения. Она создана не для войны, не для борьбы, а только для того, чтобы напомнить ребенку, насколько он мал.

***
Через несколько минут Канкуро уже спешил к гостинице миротворцев.
Тентен просто обязана удивиться, увидев куклу в его руках. В конце концов, шиноби провел над ней не один вечер, пару раз лишив себя ужина и приятного времяпровождения в обществе какой-нибудь красивой девушки. А это огромная жертва со стороны Канкуро, и ее нужно понять и оценить.
- Чего тебе? – спросила Тентен, подбегая к шиноби, и с любопытством улыбнулась. – Сейчас кто-нибудь из окна увидит нас наедине, наутро все будут думать, что у нас любовь.
- И почему тебя это так тревожит? – усмехнулся парень, - Ах да, ты же недотрога.
- Ты мыслишь в верном направлении, - девушка с гордостью вскинула голову и пригладила торчащие на темечке волоски. – Так чего ты хотел?
- Я принес тебе напоминалку, – о том, сколько он ее делал, Канкуро, конечно же, смолчал, чтобы куноичи не подумала ничего лишнего. Он достал из мешковатой сумки на левом плече свое творение и протянул девушке прямо в руки.
Тентен непонятливо, скептически осмотрела куклу.
- Что это за урод? – вдруг засмеялась она.
Улыбка сползла с лица шиноби вместе с затронутым самолюбием, и он серьезно произнес:
- Не называй ее уродом.
- Но она же страшная, - повторилась девушка, не понимая, что совершает грубую ошибку, - страшная как моя жизнь. Если бы она не была такой маленькой, ей можно было бы ворон в огороде пугать.
Канкуро не на шутку рассердился.
- Тогда выбрось ее. Или лучше будет, если это сделаю я.
Парень резко, ненавидяще выхватил куклу из ослабших пальцев куноичи и с огромной силой ударил ее об каменистый пол, выплескивая на нее злость от неудачи.
Он над ней так работал, коптел, он носился с ней. И все равно она не получилась. Полный провал - ее раскритиковали. Пожалуй, у Канкуро никогда не получится сделать что-нибудь по-настоящему красивое, и при любой попытке получится уродство для очередной техники. Боль прорезала грудь и глухо отдалась в гортани.
- Канкуро, ты что! – взмолилась Тентен, собирая разлетевшуюся по частям куклу, - Зачем ты это сделал? Я же пошутила. Канкуро!
Но шиноби не отреагировал. Он зло сверкнул глазами, развернулся и решительными шагами пошел в другую сторону, запустив руки в карманы.
- Да пошел ты! – Тентен в психованной ярости бросила увесистые деревянные куски обратно на землю и резко встала. Какой мужчина будет так вести себя? Что за девчачье поведение? Подумаешь, кукла, да у него таких миллион!
Внезапно ее отпустило. Девушка с сожалением посмотрела вслед удаляющейся черной фигуре, и ей стало не по себе. Вместо слов благодарности за подаренную куклу она только что втоптала в грязь его старания, искусно размазывая их ногами.
И когда закончится ее ребячество?
***
Теперь ей не с кем было проводить досуг – Канкуро не было рядом. Сакуре надоела жизнь затворницы: теперь она возвращалась лишь к середине ночи. Опять приходилось садиться за книги, окунаться с головой в описанную жизнь. Опять приходилось ходить по пустой комнате, повторяя наизусть только что выученные трехстишья хокку. В перерывах между делами Тентен разговаривала сама с собой, представляя себя в роли главной героини какой-нибудь прочитанной книги, и тяжело вдыхала. Совсем некстати и с завидной частотой в памяти всплывали обрывки разговора с Канкуро, вычерчивались контуры того, что осталось от куклы, и Тентен невольно становилось стыдно за собственные действия и поступки. Если бы она не позволяла себе вольностей в отношении Песочника, их дружба становилась бы еще крепче с каждым днем.
А она как та кукла – такая же сломанная.

***
Двое шиноби Листа возвращались с пустыни.
- Сейчас приду к себе и сразу в душ, - весело прощебетала Тентен, закатывая рукава, - и все-таки хорошая идея тренироваться вместе. Я думала, что за время этой миссии совсем разучилась метать. Посмотри, у меня даже синяки на руках проступили. – Девушка грустно посмотрела на предплечья, - Вот что значит забросить тренировки!
- Думаю, завтра мы опять пойдем туда, - ответил Киба, - мне нравится, там тихо и спокойно, никто не будет тревожить. И хорошо, что ты согласилась возобновить тренировки.
- Надо же чем-нибудь себя занять, - пожала плечами куноичи, - Мне потихоньку начинает надоедать Суна. Я хочу домой.
- Хочешь? – удивился Киба, - Чтобы опять сидеть дома и заниматься каким-нибудь из важных дел? Здесь тебя хотя бы можно на улицу вытащить.
- Ты же знаешь, я не люблю суету.
- Да я тоже не особо суетлив. Просто у тебя так перед глазами жизнь проходит.
- Киба, давай вот сейчас не будем устраивать разбор полетов, - с легким раздражением в голосе сказала девушка. – И давай каждый будет заниматься своим делом.
- Да ты уже с катушек съезжаешь, Тентен, - протянул Инузука, - особенно после того, как перестала общаться со своим этим Кукольником. И скажи мне, что это не так.
Тентен аж охнула от нахлынувшего удивления и возмущения.
- А тебе от этого какая печаль, скажи мне? – с издевкой просила она, нахмурив брови.
- Мне - никакая. Просто я, знаешь ли, тоже не слепой. И не глухой.
- И не тупой…. – добавила Тентен.
- И не тупой, - повторил Киба, не думая даже обижаться, - наверное, вся гостиница слышала, как вы орали друг на друга. И не только я заметил, что ты после этого ходишь какая-то не такая.
Девушка заглянула в глаза Кибе, чуть не плача.
- Я просто устала, как вы не понимаете же. ПРОСТО УСТАЛА. И не привязывайте мою усталость к вещам и людям, которые не имеют в моей жизни никакой ценности.
- А вон и твой Кукольник, - Инузука словно не слышал оправданий Тентен и кивнул в сторону стеклянной стены в кафе.
Девушка с опаской оглянулась и застыла от неожиданности и еще одной волны возмущения. Внутри что-то болезненно сжалось, будто девушку ударили в грудь, и она так и стояла в оцепенении, потеряв счет времени. За столиком сидел Канкуро и в ожидании смотрел по сторонам. Мимо него проходили разные, незнакомые люди, еле протискивавшиеся между тесно стоявшей мебелью, но он бросал на них мимолетный взгляд и уводил его в сторону. Наконец пришел человек, которого он ждал. Тентен смерила его презрительным взглядом.
- О, Сакура, - подавив в себе желание зайти в кафе и одновременно подкатившую к горлу горечь, промолвила Тентен, будто была удивлена, - а я думаю, куда же она пропадает все время. Представляешь, все время уходит, а куда, не говорит.
И тут ее полный безнадежности голос дрогнул, в носу защекотало, на глазах выступили слезы. И обманывать не получается.
- Представляешь, а как же Генма, они ведь так хорошо смотрятся, бедный, бедный Генма, как же так, - ошеломленно продолжила она под пристальным взглядом, бегая глазами по асфальту.
- Ничего подобного, Тентен, это просто дружеская встреча, я уверен. – Подбодрил ее Киба, - Кстати, мы так и будем тут стоять? Пошли уже, а то мы так никогда не доберемся до гостиницы.
Теперь она точно никогда с ним не помирится! Никогда в жизни!
***
В течение трех дней Тентен была зла, настолько сильно, насколько способно женское сердце. Мысли обо всем происходящем поглощали ее внимание: она не могла наслаждаться чтением, она чувствовала сонливость, ее часто бросало в жар. Сакура отчаянно пыталась вывести ее на разговор, а когда розовласая куноичи возвращалась в комнату, она с изумлением отмечала, что ее соседка по комнате уже спит.
Но Тентен и не собиралась спать. Слыша в двери поворот со звонким щелчком и побрякивание связки ключей, девушка быстро, словно вор в ночи, спрыгивала с подоконника и бежала в постель, накрывалась и отворачивалась к стенке. Она избегала Сакуру, как последний трус, боялась столкнуться с ней лицом к лицу, потому что знала: она не выдержит и скажет много лишнего, защищая свои чувства. Холодная вежливость намного лучше жаркой свары, все-таки они с Харуно обе коноховки. Неразумно же портить отношения с любимой ученицей Пятой, тем более, из-за какого-то Кукольника? С каждым днем близится конец миссии, они все равно разойдутся, как в море корабли, да и с Канкуро все итак было обречено. Тентен умывает руки.
На четвертый день «подоконный» трюк не удался. Сакура вернулась неожиданно скоро, и Тентен, услышав ее приближающиеся шаги, как обычно спрыгнула, но задела ногой кружку с недопитым и уже остывшим кофе, про который она так некстати забыла.
Чашка со звоном стукнулась об пол, но стекло оказалось слишком крепким, чтобы разбиться. Она отлетела, прокатилась. По линолеуму медленно растекалась коричневатая жидкость, образуя похожую на кляксу лужицу.
- Ты не спишь? – удивилась Сакура, аккуратно закрыв за собой дверь.
- Не хочу, - отрезала Тентен, усердно вытирая мягкой тряпочкой кофейное недоразумение. – А ты гуляла?
- Если это можно назвать гулять, то, пожалуй, да, гуляла, – розовласая куноичи улыбнулась такой искренне кроткой улыбкой, что Тентен даже на миг отказалась от своих планов мести, которые приходили ей в голову совершенно случайно. – Кстати, я все хотела предложить: давай завтра сходим на совместную тренировку. Киба рассказал, что вы с ним очень плодотворно тренируетесь.
- Ну….
- Только давай завтра без Кибы. Просто в женской компании. - добавила Сакура.
Тентен в голове представила картину, как она, наконец, помучает обманщицу-разлучницу, нечаянно сделает ей больно, не морально, так физически. В конце концов, другой возможности не было, а с каждым днем шанс выместить злобу на Сакуре представлялся труднее, неосуществимей. "Какая я сучка", - поймала себя на мысли Тентен.
- Ладно, - улыбнулась девушка, скрывая под милой маской целую задумку, которую за ночь она обязательно разовьет. В мести и ненависти человек очень страшен, и сила его возрастает в тысячи раз, как вспомнила куноичи слова поэта….

***
Сакура подозрительно опаздывала, и Тентен решила сама начать тренироваться. В конце концов, если розовласая не придет, будет лучше – кареглазая куноичи уже за ночь переболела своими стремлениями к мести.
«Совершенствоваться, пока есть силы», - пульс в виске забился чаще. Туго завязанная плотная повязка, облегающая глаза, превратила мир в бескрайнее черное пространство и заставила девушку прислушиваться к своему дыханию. Тентен, минуя песочную горку-препятсвие, перекатывалась через себя и, резко выкинув ноги, вспрыгивала вверх. Кунаи летели один за другим. Остро наточенные клинки с глухим треском входили в мишень, их рукоять натянуто дребезжала.
Потом девушка подходила к мишени и, делая над собой усилие, выдергивала глубоко ушедшее в дерево оружие. В один из таких моментов она услышала позади себя знакомый насмешливый голос.
- Научи меня так же.
От неожиданности куноичи не на шутку испугалась (в конце концов, ждала она Сакуру, а не мужчину), поспешно дернула повязку вниз и оглянулась. Пожалуй, ее худшие опасения подтвердились: да, да, да, у песчаного столба стоял именно он, этот противный, самовлюбленный Кукольник.
Его руки были скрещены на груди; глаза с таким нескрываемым интересом обсматривали девушку, что Тентен смутилась. В его улыбке было мало искренности, и шатенка, помотала головой с облегчением от того, что он вызвал у нее неприятные чувства. Она была слегка раздражена его присутствием, с вызовом сказала ему:
- Скажи еще, что совсем не умеешь метать. Иди, - тут она запнулась, боясь сболтнуть лишнего,- иди играй в свои куклы.
И под словом «куклы» она подразумевала далеко не творения Канкуро.
- Они мне надоели.
«Чертов врун».
- Тогда займи себя чем-нибудь другим.
- Я хочу уметь метать так же хорошо, как метаешь ты. – Кукольник проигнорировал ее совет и нагло улыбнулся.
Щеки Тентен слегка порозовели. Она не знала, как воспринимать эти слова – как комплимент или отместку за то, что она обругала его творение. Так или иначе, ей стало приятно, и недовольство, переполнявшие ее несколько секунд назад, потихоньку стало утихать.
- Вот как? – девушка довольно улыбнулась и демонстративно бросила кунай, который попал прямо в яблочко.
- Я не привык просить дважды, - угрюмо сказал парень, сокращая расстояние между ними. – Учи.
Тентен вспыхнула от этого хамства, словно сухая веточка от огня, но сглотнула обиду, вспомнив, как тогда обидела Кукольника.
- Учись!
Про Сакуру девушка забыла очень быстро. Тренировка завладела всем ее интересом. Сначала Канкуро делал вид, что долго не может сосредоточиться, в свою очередь, Тентен притворялась, что верит ему. Его хитрое, грубое, серьезное лицо смешило ее; она заметила, что фиолетовый рисунок на нем поменялся с того дня, как она впервые увидела его, и теперь девушка более внимательно могла разглядеть его черты.
Но больше всего Тентен забавляла шапочка шиноби – неуклюжая, бесформенная, с поникшими ушками, особенно, если смотреть сзади. Девушка безудержно смеялась, а Канкуро смеялся с этого заразительного смеха, и в порыве он слишком сильно бросал оружие.
«Сам вытаскивай, детина!» - бегая вокруг него, кричала Тентен. Песочник подходил к мишени, выдергивал тяжело засевший клинок, а бросая, вновь не попадал.
«Контролируй свою силу! Легко, чтобы оружие летело ровно, по траектории!»
В конце концов, девушке докучала эта игра (пусть даже и веселая), и она мягким, теплым прикосновением брала его руки и осторожно направляла их к цели. На лице Канкуро изображалась довольная, победная улыбка.
Когда кунай достигал положенного места, слышался игривый вопрос Канкуро: «Не правда ли я хорош?» и обламывающее тентеновское «Не правда!»
«Вот детина», - проблеснуло в голове Тентен. Она обессилено рухнула на колени и, пошатнувшись, повалилась назад, на спину, одновременно высвободив ноги из неудобства. С виска скатилась капелька, пощекотала ухо и спряталась в волосах.
- Все, ты меня измотал, - изнеможенно выдавила из себя куноичи, тяжело дыша.
Канкуро прилег рядом и как бы невзначай придвинулся поближе.
- А ты меня, - не остался он в долгу. Это фраза прозвучала тихо, двусмысленно, и (показалось?!) в ней чувствовалось живое безмолвное, но рвущееся наружу, страдание.
Тентен легла набок и, посмотрев на грозно раскрашенное лицо шиноби, снова расхохоталась. Смеялась она долго, потому что ей внезапно вспомнилось, как она стояла сзади него и смотрела, как этот человек, похожий на черного нескладного мишку с перебинтованными лапами, дергался с места и бросал кунай.
Напоследок кашлянув в кулак, девушка затихла – заметила, как два черных кошачьих глаза внимательно глядят в ее глаза.
- Что? – неуверенно произнесла Тентен, и левый уголок ее рта немного задергался. Песок назойливо тер спину, но сейчас было совсем не до него.
- Просто. Я тут подумал кое о чем.
Сердце девушки стало стучать предательски часто. «Хотя чего я боюсь? Всего веселая тренировка, не принесшая никакой пользы. Брат Казекаге в отвратительной шапке с ушками. С раскрашенным лицом, как у девицы, переусердствовавшей с косметикой».
- О чем же? – чуть отстранившись, продолжила Тентен.
Канкуро резко поднялся и сел на месте, сначала безучастно уставился в песок, потом перевел проникновенный взгляд на лежащую боком девушку с подпертой ладонью головой.
«Посмотри на меня и догадайся с трех раз. Что, не видишь?»
- Тебя в моей жизни стало слишком много, - строго сказал Канкуро, не отрывая глаз, и у куноичи защемило сердце.
«Как же ответить? Что сказать?!» - голова попросту разрывалась. С языка слетело первое, что пришло в голову:
- Это плохо?
После этого ей, как всегда это бывает, на ум пришел гениальный ответ, злой, поддевающий, и она пожалела, что так быстро среагировала на слова Канкуро; от того ей овладела внутренняя паника, мысли беспорядочно путались. «Что ты сказала, глупая, что он теперь подумает, как он отреагирует, ааааа!»
Канкуро с хитрым прищуром посмотрел на нее.
- Черт подери, мне это только нравится! – с пугающе-веселой интонацией закричал шиноби и набросился на девушку. Короткая борьба, крепкое объятие…. Она только что поняла, как на самом деле относится к нему.
Шиноби навис над ней всем телом, оперевшись на руки по сторонам от ее головы. Она почувствовала его горячее дыхание на своей коже; с мольбой она глянула на него, а он закрыл глаза, наслаждаясь томлением, заполнившим пространство между ними.
- А кукла? – выпалила Тентен, раскрыв глаза.
- Да ну ее, - сказал шиноби, медленно приближаясь губами к ее губам, - к чертовой матери.
Категория: Тен-Тен и Канкуро | Добавил: Ночная (27.01.2013)
Просмотров: 417
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Вход на сайт
Логин:
Пароль:

Фанарт по аниме

Фанарт по любимому аниме


О популярных аниме
Новых серий нет Выход продолжается Выход продолжается Подходит к концу

Манга по жанрам

У нас есть манга следующих жанров:

боевик

боевые искусства

вампиры

гарем

гендерная интрига

героическое фэнтези

детектив

драма

комедия

мистика

повседневность

приключения

романтика

сверхъестественное

трагедия

триллер

ужасы

фантастика

фэнтези

школа

НАйдите свою мангу

Друзья сайта
alt= Наруто в Warcraft 3
Вы можете быть здесь

. . . . . . .

Copyright MyCorp © 2017Бесплатный хостинг uCoz